Интервью Временного поверенного Беларуси в Бельгии С.Панасюка РИА Новости (26 февраля 2026 г., г.Брюссель)

• Главная /
• Пресс-служба /
• Новости /

Интервью Временного поверенного Беларуси в Бельгии С.Панасюка РИА Новости (26 февраля 2026 г., г.Брюссель)

26 февраля 2026 г.

Как бы Вы сегодня охарактеризовали отношения между Республикой Беларусь и Европейским союзом? Можно ли говорить о существовании единого «коллективного Запада»?

На сегодняшний день сложно говорить о сохранении понятия «коллективный Запад» в привычном понимании. Определенно мы наблюдаем здесь трансформацию. И Европа - это тоже уже не что-то единое. Поэтому для того, чтобы понять, какие у Беларуси отношения с Европейским союзом, надо определиться, с какой частью европейской элиты эти отношения выстраиваются.

Мы видим процессы, которые происходят сегодня в Европе, и различие во мнениях. Например, в феврале этого года в Будапеште прошла конференция «Будапештский глобальный диалог», в которой принял участие Министр иностранных дел Венгрии Петер Сийярто. Он призвал к повороту к реализму и национальному суверенитету, отметив, что будущее будет двусторонним и суверенным, а не наднациональным и идеологическим. А на сегодняшний день Венгрия проводит внешнюю политику, открытую во всех направлениях, поддерживая каналы диалога с США, Россией, Китаем и Турцией.

Та элита, которая на сегодняшний день определяет направление внешней политики Европейского союза в Брюсселе, ориентирована на санкции, на давление, на подчинение стран-членов европейскому единству. Эти шаги ЕС - милитаризация и навязывание идеологических догм - приводят к тому, что Европа постепенно изолируется от основных центров формирующегося многополярного мира.

Поэтому если мы посмотрим на Европу, которая придерживается еще пока старых нарративов и не учитывает те очевидные изменения, которые произошли сегодня в мире и которые признаются всеми, то здесь, конечно, в силу того что уже идеологически этот проект становится менее привлекательным, приходится пользоваться такими средствами, как санкции, давление, милитаризация и угрозы применения военной силы.

Отношения Беларуси и ЕС переживают сегодня не лучшие времена. Но Республика Беларусь последовательно придерживается самостоятельной, независимой, суверенной внешней политики, основанной на интересах белорусского народа. И в угоду тому, чтобы каким-то образом восстановить эти отношения в ущерб своим национальным интересам, мы идти не будем. Мы видим перспективу нормализации этих двусторонних отношений только на равноправной основе. Это должен быть отход от односторонних незаконных ограничительных мер и попыток навязывания ценностных нарративов.

Поэтому мы видим перспективу нормализации этих двусторонних отношений на равноправной основе, на основе тех подходов, которые в том числе были обозначены в ходе этой конференции в Будапеште. То есть это должен быть отход от каких-то односторонних незаконных ограничительных мер, попыток навязывания каких-то ценностных нарративов, которые традиционно не разделяются белорусским обществом.

И этот процесс будет продолжаться: Беларусь будет терпеливо и последовательно проводить такую политику. И мы надеемся, что в обозримой перспективе подходы Европейского союза и к Беларуси, и в целом к построению архитектуры безопасности в регионе будут скорректированы с учетом тех реалий изменившегося мира, которые сегодня все наблюдают.

Считаете ли Вы, что нынешняя внешняя политика Брюсселя основана преимущественно на санкциях и давлении?

Санкции все еще принимаются, эта политика продолжается. Совсем скоро Брюссель снова продлит санкции против Беларуси. Так что, увы, пока ЕС не готов к корректировке подходов к санкционной политике. Здесь, конечно, мы будем в международных делах отдавать приоритет терпению, выдержке. Такой подход принадлежит, наверное, нашим китайским друзьям и партнерам. Это нация, которая действительно мыслит такими категориями, как 50, 100 лет вперед, что они неоднократно демонстрировали. Белорусы, наверное, в этом плане чуть более динамичны, и нам бы хотелось, конечно, побыстрее достичь определенных результатов. Но мы тоже умеем выстраивать долгосрочную политику.

Мы понимаем, что те изменения, которые в мире происходят сейчас, рождение и формирование справедливого многополярного мироустройства - это процесс, который требует времени. Необходимо запастись терпением и последовательно идти к достижению этой цели. И, конечно, на сегодняшний день мы не видим сигналов того, что есть намерение отойти от санкционного мышления.

Что в этой связи можно сказать? Прежде всего выразить сожаление в связи с тем, что такая ситуация на сегодняшний день пока происходит. И отметить, что мало кто задумывается над масштабом происходящего. После Второй мировой войны была сформирована Организация Объединённых Наций, которая должна была обеспечить бесконфликтный баланс интересов.

Сегодня мы можем говорить уже об «организации объединённых подсанкционных наций», потому что порядка 50 стран мира находятся под санкциями и еще не менее 50 государств косвенно затронуты вторичными ограничительными мерами. Эти государства несут необоснованные расходы и потери в результате незаконного санкционного давления. Возможно, пришло время объединиться, все посчитать и выставить счет тем, кто вводит такие ограничения, чтобы восстановить баланс.

Если посмотреть на негативный эффект санкций с точки зрения гуманитарных последствий, удивительно, что мы практически не видим в «демократической» Европе демонстраций против мер, которые наносят ущерб простым людям - это и болезни, и проблемы с доступом к медицине, продуктам питания… Самое опасное, что многие уже привыкли не замечать незаконную античеловечную природу этих мер. Мы знаем случаи, когда блокировались поставки лекарств, медицинской техники, других гуманитарных грузов.

Санкции - это отживший инструмент, его необходимо менять. Во многом под маркой санкций скрывается банальная недобросовестная конкуренция. Мы знаем многочисленные случаи, когда после объявления санкций некоторые, в том числе европейские бизнесмены, прикрываясь санкциями, пытались набивать себе карманы. Это распространенная практика.

Мы знаем решения наших соседей, в том числе прибалтийских стран, которые запрещали поставки лекарственных препаратов, удерживали их на таможне, в том числе для больных, не пропускали инсулин, медицинское оборудование для онкологических больных и редкие лекарства. Это делалось для того, чтобы нанести ущерб конкретной группе населения под предлогом восстановления демократии.

Фактически Беларусь находится под санкциями с 1996 года. На протяжении 30 лет Европейский союз, пытаясь сделать белорусов «счастливыми», просто этими санкциями нарушает их элементарные права, и уже выросло целое поколение людей, которых Брюссель хотел сделать счастливыми, а при этом душит санкциями 30 лет.

К каким последствиям это приводит для самой Европы?

Наверное, самим европейцам надо подумать о том, что это какие-то подходы, которые нужно корректировать. Особенный абсурд заключается в том, что эти санкции имеют последствия для самих европейцев, например в сферах энергетики, логистики, торговли. Когда речь идет о том, почему нет демонстраций против применения санкций, почему также нет протестов по поводу роста цен на энергетику или других конкретных последствий этих санкций для стран, которые их вводят, - это тоже очень хороший и правильный вопрос.

В январе у нас прошла конференция в Брюсселе, посвященная негативному влиянию односторонних принудительных мер на конкретных людей и на права человека. В ней участвовали представители Европейского парламента, европейские эксперты и юристы. И в экспертном формате обсуждения видно, что есть понимание того, что санкции - это незаконный, отживший инструмент принуждения и вмешательства во внутренние дела других государств, механизм смены неугодных режимов. Есть понимание и того, что они напрямую влияют на людей, приводят к болезням и даже смертям, когда ограничивается доступ к редким лекарствам.

Однако удивительно, что при этом не проводится элементарная правовая экспертиза соответствия таких ограничительных мер нормам международного, в том числе гуманитарного, права. Механизм применяется без должной оценки последствий, и фактически игнорируется вопрос соответствия Уставу ООН, другим общепризнанным нормам.

Если чуть более цинично рассуждать, можно сказать: хорошо, если вас в Европе не волнует судьба Беларуси, мы это уже давно поняли. Но почему европейцев не беспокоит их собственное благополучие?

В этой связи можно упомянуть статью Министра иностранных дел Беларуси Максима Рыженкова, которая называется «Почему я верю, что в Литве скоро что-то изменится». В этом фактически обращении к литовскому народу содержится огромное количество конкретных фактов, которые показывают весь тот негативный эффект, который имеют санкции для социально-экономического развития и благосостояния самих жителей Литвы. Это касается и доступа к дешевой электроэнергии, и поставок продукции деревообработки, и загрузки портов, и многого другого.

По нашим подсчетам, литовская экономика в случае нормализации отношений с Беларусью могла бы добавить не менее одного миллиарда долларов к своему ВВП, который сейчас теряется. Если при этом вспомнить, что военный бюджет Литвы уже достигает почти 5,4 % ВВП, то получается, что уже до четверти бюджета направляется на военные расходы. С учетом потерь из-за санкций это огромные цифры, которые недосчитываются конкретными гражданами Литвы и которые не идут на образование, здравоохранение и социальные цели. При этом наши военные расходы составляют около 1 % ВВП, бюджет страны сохраняет социальную направленность, и мы не собираемся ни на кого нападать. Так кто для кого представляет угрозу?

Для нас абсолютно непонятна эта линия наших соседей. Аналогичная ситуация в других прибалтийских странах. Негативный эффект ощущают граждане Польши и стран Северной Европы. Показательно, что Европейская комиссия рассматривала и уже приняла решение о необходимости выделения дополнительных кредитов регионам, которые граничат с Беларусью и Россией. Евроинституты признали, что ситуация в этих приграничных странах сложная: экономические трудности, отток населения, закрытие предприятий, отсутствие новых инвестиционных проектов. В следующем семилетнем бюджете ЕС предусматриваются отдельные фонды для компенсации этих потерь.

То есть об этом говорит не только белорусская сторона, это подтверждается данными самой Европейской комиссии. Где здесь учет интересов европейского населения? Эта ситуация никому не выгодна. Заявленные цели европейской стороной не достигаются.

Можно говорить о том, что маски сброшены: демократическая ширма, под которой маскируются экономическое давление, недобросовестная конкуренция и попытки смены неугодных правительств, уже не работает. Ее отсутствие уже открыто декларируется, не всегда тратится время на красивое идеологическое обоснование.

Даже эти цели, которые мы считаем незаконным вмешательством во внутренние дела, не достигаются. Белорусская экономика стабильно развивается. Рост располагаемых доходов населения, то есть доходов за вычетом обязательных платежей и банковских процентов и скорректированных на инфляцию, в прошлом году составил около 9,5-10 %. Конечно, без санкций темпы были бы выше. Негативное влияние есть, но мы успешно переориентируемся и работаем со странами глобальных Юга и Востока, где никто никому не навязывает пути развития.

Европейские налогоплательщики несут прямые убытки. Некоторые страны Европейского союза напрямую испытывают ущерб от применения этих механизмов, и есть соответствующие расчеты. По оценке некоторых экспертов, глубины экономической прочности Европейского союза хватит еще на 10-15 лет, если будет продолжена нынешняя экономическая политика.

Отказываясь от энергоносителей, которые поставляются с территории Российской Федерации, запрещая поставки других материалов, увеличивая военный бюджет, но при этом имея сильные, высокие кредитные рейтинги, Европейский союз может еще 10-15 лет, а то и больше, проводить ту же политику, ничего не меняя.

Интересной была ремарка Премьер-министра Бельгии Барта де Вевера на встрече с промышленниками в Антверпене. Он привел одну цифру: количество контролеров всевозможных правил, которые формирует Европейская комиссия, в два раза превышает количество занятых инновациями в различных секторах европейской экономики. Если конкурентоспособность низкая и продолжает снижаться по сравнению с другими игроками, то, возможно, приходится прибегать к санкционным мерам, чтобы обеспечить конкурентное преимущество.

Если говорить о политическом измерении давления, то его идеологическая ширма понятна - якобы стремление сделать белорусов «счастливыми». Удивительно только, почему Европейский союз так беспокоится о том, чтобы сделать счастливыми белорусов. Было бы гораздо логичнее, если бы Европейский союз беспокоился о том, как сделать счастливыми европейцев.

Представители элит ЕС утверждают, что Беларусь является угрозой. Что вы можете сказать на этот счет?

С определенной долей юмора можно сказать, что 10-миллионная Беларусь рассматривается 500-миллионным Европейским союзом как реальная угроза. То есть либо у них с вооруженными силами уже совсем все нехорошо, либо наши военные настолько молодцы, что представляют в их глазах такую угрозу.

Но если серьезно, то как можно утверждать, что небольшая европейская страна представляет реальную угрозу для такого мощного объединения, как Европейский союз? Тем не менее декларируется задача «поменять режим» в Беларуси. Такая риторика сама по себе демонстрирует отсутствие уважения к международному праву и этики по отношению к суверенному государству. Белорусская сторона не позволяет себе подобных формулировок и даже при всей напряженности отношений ведет себя достойно.

Если ставится задача обеспечить безопасность Европы за счет прихода к власти в Беларуси сил, ориентированных на размещение флага НАТО, возникает вопрос, почему Беларусь должна защищать Европу. И главное: от кого? Мы должны защищать прежде всего свою страну. Те, кто продвигает подобные идеи, включая так называемую оппозицию, не договаривают главного. Они говорят, что «демократическая Беларусь» станет гарантией безопасности Европы, но, если называть вещи своими именами, речь идет о государственном перевороте и втягивании страны в конфликт с Российской Федерацией. Это совершенно абсурдная конструкция.

Официальные европейские лица прямо это не формулируют, но заявления координируются, а «оппозиция» выступает проводником этих идей. Европейская сторона говорит о независимой, суверенной, свободной Беларуси. Из уст «оппозиции» звучит тезис, что только «свободная демократическая Беларусь» будет гарантией безопасности Европы.

Если речь идет о том, что Беларусь сама по себе не будет нападать (а 10-миллионная страна не может представлять угрозу для 500-миллионного военного блока), значит, подразумевается, что угроза возникает в союзе с Российской Федерацией. Тогда логика такова: разорвать связи с Россией, перестать быть угрозой для Европы и тем самым стать угрозой для Российской Федерации. Для Европы это, возможно, удобно, но будет ли это хорошо для Беларуси - никого в Европе не интересует, как и нашу «оппозицию», которая там находится.

Опросы общественного мнения, в том числе европейских аналитических центров, показывают соотношение сторонников союза с Россией и ориентированных на Европу - оно различается в десятки раз. Несравнимо большее число белорусов выступает за сохранение отношений с Россией, их количество, кстати, ощутимо выросло за последние пять лет на фоне проводимой ЕС недружественной политики и санкций. Число ориентированных исключительно на ЕС крайне незначительно. При этом наши граждане не выступают за конфронтацию с кем бы то ни было, включая западных соседей.

Мы не видим причин, по которым не должны поддерживать хорошие отношения с Россией, Китаем, Европой, Соединенными Штатами, другими странами на всех континентах. Наша политика должна быть многовекторной и независимой.

Беларусь связана с Россией историческими, культурными и ценностными связями. У нас общая культура, традиции, ценности, мы говорим друг с другом на одном языке. Поэтому постановка вопроса о разрыве этих отношений ради чьей-то безопасности выглядит странно.

Беларусь - самостоятельное государство, которое проводит независимую внешнюю политику в интересах своего народа. Возможно, для европейской стороны не очень удобно, что наши взгляды на мировые процессы во многом совпадают с взглядами российской и китайской сторон.

После 2020 года, когда не получилось реализовать задуманное, некоторые «комментаторы» договорились до того, что нужно менять уже не «режим», а сам белорусский народ, потому что он «неправильный». Думает неправильно, реагирует неправильно, дружит не с теми, с кем нужно. Это ярко показывает, что так называемая цветная революция не победила, потому что не имела поддержки населения.

Мы не говорим, что Беларусь идеальна. У нас есть вопросы, которые нужно решать, есть недостатки, и мы над ними работаем. Но принципиально важно, что государство ориентировано на национальные интересы и интересы своего народа. Именно об этом говорилось и на конференции в Будапеште, и об этом говорят некоторые политические силы в Европе, которые тоже ориентируются на национальные интересы.

Проблема в том, что национальные интересы европейских стран все чаще входят в противоречие с наднациональными идеологическими установками. И именно это приводит к нынешним дисбалансам.

Попытка оторвать Беларусь от России, которая на протяжении многих лет ставится во главу угла стратегии Евросоюза в отношении нашей страны, и есть главная стратегическая ошибка, приводящая к дисбалансам и негативному тренду в отношениях. Как только в ЕС придет осознание того, что этот вопрос необходимо убрать с переговорного стола, это придаст серьезную динамику выстраиванию равноправного диалога. Пока же такая линия продолжается, это наносит ущерб не только двусторонним контактам, но и безопасности континента в целом.

Даже если предположить, что в ЕС всерьез считают Беларусь угрозой, что само по себе не имеет рациональных оснований, ни одна антидронная стена никого не защитит, если нет нормального взаимодействия с соседями. Гораздо проще и дешевле договориться, чем строить заграждения.

Вопрос не в том, чтобы просто ежедневно садиться за стол переговоров и разговаривать по несколько часов. Вопрос в политической воле и в готовности учитывать взаимные интересы.

Продолжается ли диалог по линии военных со странами ЕС?

Диалог не прекращается, в том числе по вопросам общей европейской безопасности. Когда произошел инцидент с дронами, залетевшими на территорию Польши, мы предупредили польских коллег, поскольку сохраняется обмен информацией о воздушной обстановке. Военные сотрудничают.

Военные понимают, где реальная угроза и как необходимо взаимодействовать. Если полностью прекратится и это сотрудничество, если военные перестанут взаимодействовать, это будет серьезной проблемой. Пока до такого уровня мы не дошли. Контакты сохраняются и между профильными службами, включая структуры, отвечающие за антитеррористическое направление, вместе с тем эффективность такого взаимодействия неуклонно снижается не по нашей инициативе. Можно часто разговаривать, но, если изначально видеть друг в друге противника, такие разговоры ни к чему не приведут.

Контакты с соседями сохраняются. Мы, например, в целях деэскалации предложили польской стороне провести инспекции на глубину до 80 километров в рамках мер повышения доверия в военной сфере. Польская сторона отказалась. При этом граждане Европы могут приехать в Беларусь по безвизовому режиму и лично убедиться, что санкции не работают так, как им об этом рассказывают. Пусть приезжают и смотрят. Им рассказывают, что у нас все плохо, а они видят магазины, чистые улицы и спокойных людей. Это и есть наш ответ.

Любая милитаризация на границе автоматически рассматривается военными специалистами как потенциальная угроза и вызывает ответные шаги. Может быть, не стоит создавать такие условия, пытаясь кого-то защитить, если это лишь усиливает напряженность.

Когда европейская сторона говорит о гарантиях безопасности, речь идет исключительно об Украине и Европе, а интересы Беларуси и России практически не упоминаются. Республика Беларусь заинтересована в установлении мира в регионе и в скорейшем дипломатическом завершении конфликта на наших южных рубежах. Но, когда европейская сторона говорит о гарантиях безопасности для одной из сторон, мы не слышим разговоров о таких гарантиях для Беларуси, для России и для других государств.

Если в регионе сохраняется напряженность, значит, принципы, заложенные 80 лет назад, требуют корректировки в их применении и возврата к «заводским настройкам». Необходимо возвращаться к понятию неделимости безопасности и вести субстантивный равноправный диалог, а не навешивать ярлыки и использовать односторонние санкций, не утверждённые СБ ООН. Речь должна идти о гарантиях для всех стран региона, которые географически здесь присутствуют и будут формировать эту систему.

Наблюдается ли со стороны ЕС готовность к диалогу с Беларусью по вопросу новой архитектуры европейской безопасности?

Пока со стороны евроинститутов в Брюсселе не наблюдается готовности к перестройке диалога с Беларусью и пересмотру подходов к региональной архитектуре безопасности.

Мы провели в Минске конференцию по евразийской безопасности в октябре прошлого года. Затем в Брюсселе состоялась конференция по ее итогам с участием дипломатического корпуса и европейских экспертов. Обсуждались вопросы архитектуры безопасности. Есть правило «критикуешь - предлагай». Мы не просто говорим о том, что кто-то не учитывает чьи-то интересы, мы вносим конкретные положения, содержащиеся в Евразийской хартии многообразия и многополярности в XXI веке. Этот документ подробно изложен, в том числе с пояснениями Министра иностранных дел Беларуси. Сейчас идет процесс широкого диалога вокруг этого документа.

Мы прямо говорим о том, что существовала определенная модель взаимодействия так называемого коллективного Запада с коллективными Югом и Востоком, которая складывалась столетиями. Ее колониальный подтекст заключался в том, что дешевые ресурсы поступали с Юга и Востока, перерабатывались в продукцию с высокой добавленной стоимостью, что обеспечивало высокий уровень благосостояния европейских государств. Сегодня эта система не работает: появляются новые центры силы и экономического развития в Азии, Латинской Америке и Африке, усиливается конкуренция. Старая система безопасности не учитывает законные интересы стран, которые хотят занять достойное место в мировых делах.

При этом Беларусь не ставит под сомнение основы международного права. Мы исходим из необходимости межгосударственного диалога на основе Устава ООН. Но международное право должно вернуться к своим исходным принципам, заложенным после Второй мировой войны. Это должна быть система равных возможностей для государств, основанная на диалоге суверенных и независимых стран без диктата и попыток обеспечивать собственную безопасность за счет других.

С Российской Федерацией у нас вообще нет пограничного контроля. Нет и контингентов, которые якобы сконцентрированы на границе Беларуси с Россией и «завтра куда-то маршем пойдут». Это абсолютные фейки, которые иногда вбрасываются в европейское информационное пространство. При этом с восточной стороны Беларусь чувствует себя в полной безопасности. Нет необходимости выстраивать какие-то стены.

А вот на наших западных границах мы видим наращивание сил. При этом не устанем повторять, что пресловутая немецкая бригада, которая размещается сегодня в 15-ти километрах от Беларуси в Литве, имеет тот же 45-й номер, который носила дивизия вермахта, первая атаковавшая в 1941-м году Брестскую крепость. Разве это не символично для нас? Возникает вопрос, откуда должна исходить угроза - со стороны, где нет заборов и сохраняется свободное перемещение, или со стороны, где усиливаются силы и средства.

В военной теории есть понятие «дилеммы безопасности»: когда один сосед усиливает вооружения, другой вынужден отвечать тем же - и запускается гонка вооружений, способная привести к горячему конфликту. Поэтому нужно не строить стены и подтягивать войска, а договариваться с соседями и выстраивать нормальные отношения.

Беларусь будет последовательно продвигать линию на формирование справедливого многополярного мироустройства. Количество стран, которые понимают происходящие процессы, растет. Возможно, не хватает скоординированности, но взаимодействие единомышленников расширяется, и это объективный процесс.

Некоторые вопросы остались нам в наследство от колониальной эпохи, когда границы проводились «по линейке», и это привело к территориальным спорам, историческим разногласиям. Мы относимся к этим вопросам с уважением. Но если речь идет о продвижении глобальных решений, то иногда необходимо идти на компромиссы, чтобы сбалансировать архитектуру безопасности на новых принципах, при этом опираясь на Устав ООН, и начинать движение к нормализации и мирному сосуществованию государств - как в нашем регионе, так и в мировом масштабе.

Если говорить шире - о безопасности и благосостоянии, - то сложно отказаться от модели, которая столетиями обеспечивала высокий уровень жизни. Люди привыкли к высоким социальным стандартам. В экономике есть простая формула: потребности безграничны, ресурсы ограничены. Если в одних странах ВВП на душу населения достигает 130-180 тысяч евро в год, значит, где-то есть страны, где доходы значительно ниже.

Я не хочу уходить в идеологические дискуссии, и я не против высоких доходов. Но это не должны быть доходы за счет других: нужны равные условия конкуренции. Существует так называемый коэффициент Джини, который показывает разрыв между богатыми и бедными. В ряде развитых демократических стран этот разрыв значителен. В Беларуси же один из базовых принципов - социальная справедливость, и этот разрыв у нас один из самых низких. Не потому, что у нас нет обеспеченных людей и все бедные, а потому, что нет олигархов, а государство гарантирует базовые социальные права: возможность найти работу, доступ к медицине, образованию, поддержку пенсионеров, инвалидов, семей с детьми.

По ключевым показателям, которые оцениваются ООН и другими международными организациями, включая индекс человеческого развития, Беларусь занимает достойные позиции. Когда нам говорят об ограничении свобод и прав человека, стоит посмотреть на конкретные цифры. По ряду показателей мы находимся на весьма достойном уровне в Европе, а по некоторым - в числе лидеров. В 2025 году, к примеру, Беларусь заняла 32-е место из 167 стран в международном рейтинге целей устойчивого развития ООН. По данным МВФ, ВВП Беларуси на душу населения по паритету покупательной способности с 1995 по 2024 год вырос в 9,5 раза с 3,4 до 32,4 тысяч долларов.

ЕС постоянно говорит о «ценностях», которые должны соблюдать другие страны. О каких именно «ценностях» идет речь?

У нас обеспечены эти права, но мы по-другому относимся к ценностям. Мы более консервативны, и это выбор народа. Мы хотим, чтобы у нас были мужчина и женщина. Мужчины не рожают детей. Это не предмет для идеологических споров, но мы считаем, что размываются базовые вещи и внимание людей сознательно переключается на повестки, которые во многом искусственно создаются.

Мы никому не мешаем. Руководство страны неоднократно подчеркивало: в личной жизни человек свободен. Но мы против проведения операций по смене пола малолетним детям. Для белорусов это неприемлемо. При этом для Евросоюза неприемлемо, что это неприемлемо для белорусов. Здесь и возникает конфликт: нам пытаются навязать модель жизни, которую считают для нас благом. Но мы хотим сами решать, как нам жить, с кем дружить и в какие союзы вступать.

Если отказаться от попыток диктовать нам нашу судьбу, можно было бы сократить расходы на стены, минные поля, системы противодроновой защиты и направить средства на медицину, образование, культуру, восстановление обменов. Это было бы в интересах и белорусских граждан, и граждан ЕС, особенно приграничных государств.

Если говорить о возможном продлении санкционных режимов, мы можем лишь констатировать: это будет еще один год упущенных возможностей для возврата к равноправному диалогу с соседней страной. Беларусь находится под санкциями с 1996 года. Мы относимся к этому спокойно, переориентируем товарные потоки, поддерживаем экономические показатели в сотрудничестве с ключевыми партнерами - Россией, Китаем, странами глобальных Юга и Востока.

Когда европейские коллеги рассуждают об «изоляции» Беларуси, достаточно посмотреть на географию контактов Главы государства и Министра иностранных дел. Страны, с которыми Беларусь активно взаимодействует, представляют большую часть населения планеты. Поэтому еще вопрос, кто сегодня находится в изоляции.

Мы не заинтересованы в эскалации. Но, если она продолжается, белорусская сторона будет делать выводы и оставляет за собой право на ответные, в том числе асимметричные, меры. Не все шаги будут публично анонсированы.

По нашему глубокому убеждению, такая линия не отвечает интересам населения самого Европейского союза. Она приведет к дальнейшему ухудшению социально-экономической ситуации прежде всего в приграничных странах, включая ограничения на передвижение и другие меры, которые затрагивают обычных людей.

С каждым недружественным шагом Европа теряет белорусских людей, в том числе молодежь, а изолируя себя от Беларуси, она лишается поддержки той части общества, которая еще нейтрально-позитивно смотрит на отношения с ЕС. Такие шаги не способствуют развитию связей, даже если декларируется стремление к «демократическим преобразованиям».

Такие меры не способствуют нормализации и развитию отношений, даже если формально заявляется, что их цель - содействие демократическим преобразованиям. На практике они производят противоположный эффект. Поэтому подобные решения вызывают лишь сожаление и разочарование.

Тем не менее Беларусь намерена и далее терпеливо и последовательно доводить до европейских партнеров позицию о контрпродуктивности санкционного давления, а также о своих миролюбивых устремлениях и готовности к восстановлению подлинно инклюзивной системы неделимой безопасности, учитывающей интересы всех государств региона. Внешняя политика страны остается основанной на интересах белорусского народа.

При этом Беларусь не закрывает двери перед Европейским союзом. Мы заинтересованы в сильном и процветающем ЕС - это наш сосед. Это данность, с которой нам надо дальше работать. Мы заинтересованы в выстраивании нормальных добрососедских отношений с Европейским союзом. Мы слышим мнения тех представителей и политико-формирующих кругов, которые выступают за возобновление диалога с Минском. Мы приветствуем такие заявления и рассчитываем, что здравый смысл возобладает.

Белорусская дипломатическая миссия в Брюсселе продолжает работу, несмотря на вынужденную оптимизацию дипломатического присутствия в Европе. Мы сохраняем диалог и стремимся создать предпосылки для восстановления конструктивных отношений, поскольку это отвечает интересам как белорусского, так и европейского общества.

Мы будем и дальше развивать отношения там, где нас ждут, где нам не навязывают чуждые нарративы, а где с нами просто взаимодействуют на взаимоуважительной основе. А это большая часть мирового населения. Но и здесь, в ЕС, мы работаем над тем, чтобы сформировались основы для возобновления диалога, потому что это в интересах и белорусов, и европейцев.

версия для печати